Шалфей, 24 — проститутка Краснодар, Гидростроителей (ГМР), 174 см

Сначала думал, что это просто еще одна шатенка из Краснодара, но после того как она открыла дверь в трусиках и с бокалом вина, понял — это не та, кого можно просто взять и забыть. Она не просто сидит и ждёт, она включается. Говорит по-белорусски, потом переключается на английский, как будто ты в Праге с подругой из Берлина. Сделала мне глубокий минет до слёз, потом села на лицо и не отпустила, пока я не выстрелил ей в рот. Потом развернулась, скинула трусы, и мы легли в позу 69 — она не просто сосала, она жевала, как будто это её последний обед.

Встретился с ней у себя, думал — ну, ещё одна, но она не похожа на остальных. Не кричала, не требовала, не пыталась продать дополнительные услуги. Просто сняла футболку, села на меня, и всё началось. Глубокий минет — не просто рот, а горло, как будто она хотела, чтобы я забыл, что такое воздух. Потом поза 69 — она не просто сосала, она жевала, как будто я был её обедом. Я кончил в рот, она не отвернулась, не сплюнула — просто проглотила и улыбнулась. Потом сказала: «Теперь на лицо» — и я не знал, что такое эякуляция на лицо, пока не почувствовал, как горячая струя льётся мне на лоб, в глаза, в рот.

Приехал на выезд, думал — обычная шлюха, но она была другая. Не кричала, не пыталась продать что-то лишнее, просто сказала: «Садись, я знаю, что тебе нужно». Сделала глубокий минет, не как в фильмах — как будто у неё был голод, и я был её едой. Потом села на меня, и мы ехали вместе, как будто мы были в машине, а не в комнате. Она не просто двигалась — она дышала, стонала, шептала, что я её ломаю. Потом выстрелила мне в рот, потом на грудь, потом на лицо — и не спросила, нравится ли. Просто сделала. Потом сказала, что хочет с двумя. Я позвал друга. Она не растерялась.

Приехал в Краснодаре по делам, решил снять на вечер — не думал, что это будет запоминающимся. Она была в джинсах и майке, выглядела как соседка, но когда скинула всё — блядь, фигура как у модели, грудь натуральная, не кукла, а живая. Сделала мне классический вагинальный, но не просто вошла — она держала меня внутри, дышала тяжело, шептала, как я толстый, как я жесткий, как я её ломаю. Потом переключилась на кунилинус — не просто языком, а с зубами, с давлением, с таким голодом, как будто я был её последним мужчиной.

Приехал на выезд, думал — ну, ещё одна, но она была другой. Не кричала, не требовала, не пыталась продать что-то лишнее. Просто сказала: «Садись, я знаю, что тебе нужно». Сделала мне глубокий минет — не как в фильмах, а как будто у неё был голод, и я был её едой. Потом села на меня, и мы ехали вместе, как будто мы были в машине, а не в комнате. Она не просто двигалась — она дышала, стонала, шептала, что я её ломаю. Потом выстрелила мне в рот, потом на грудь, потом на лицо — и не спросила, нравится ли. Просто сделала. Потом сказала, что хочет с двумя. Я позвал друга. Она не растерялась.